Виктор Надеин-Раевский: «Параллели между геноцидиальной политикой Османской империи и нынешней политикой Турции и Азербайджана считаю вполне обоснованными»

7934

Старший научный сотрудник ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН, директор Института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона Виктор Надеин-Раевский в беседе с Region Monitor обратился к политике Турции относительно Геноцида армян, участию Турции в последней арцахской войне и угрозе пантюркизма в отношении России и Армении.

Одна из идеологических основ нынешнего правительства Турции — идеология пантюркизма. Можем ли мы рассматривать участие Турции в арцахской войне в этом контексте? Если да, то какую проблему Турция хотела решить?

Я связываю участие Турции в этом конфликте, в том числе и  с точки зрения реализации пантюркистской доктрины. Она,  конечно, эволюционировала в их глазах, в их понимании,  в форму уже не империи, как это было в свое время (Конец 19 века и начало 20-го века- В.Р.Н.), а некого союза. 

Самое главное, что мешало реализации  всей доктрины? Это, конечно, армянский клин, который как бы рассекал тюркский мир на две части, отделяя собственно османских турок, от прочего тюркского мира. Чтобы  ни писали, ни говорили о Московском договоре 1921-го года, когда большевики передали значительную часть армянских территорий туркам Армения стала независимым государством. Но дело в том, что там было все очень непросто.

Фактически, Ататюрк отказался от реализации идей доктрины пантюркизма. Именно в письме Ленину 20-ого года, он писал, что  поддерживает советизацию Азербайджана, которая, кстати, сыграла большую роль в большевистской поддержке. На это армянские авторы почему-то мало обращают внимание, но этот аргумент был крайне весом для большевиков, потому что для экспансии большевистской революции важным этапом была советизация Азербайджана.  И более того, в Нахиджеване тоже шли те же  процессы. Ревком (Революционные комитет) в Нахиджеване, например,  вообще писал в своих заявлениях о том, что »турецкий аскер-это революционный аскер», освободитель, он несет свободу от империализма». Это все казалось дела давно минувших дней. 

Только что произошел жесточайший Геноцид армян, который, кстати, продолжался  по сути дела и в период Ататюрка, который в республиканской Турции далеко не всеми регионами владел. И несмотря на такие заявления  как »Мы должны вернутся в свои законные пределы», »панисламизм вредит нам» и прочее,  по сути он вел политику, которая продолжала в чем то дело османов. Например, в Османской империи была 31 комиссия  по тюркизации брошенной армянской и греческой собственности.  Еще 29  были созданы при республиканской Турции, которые отдавали армянскую собственность тюркоговорящим турецким гражданам. То есть данная политика продолжалась. Однако, ликвидировать до конца армянский народ им так и не удалось, появилась Советская Армения, которая по-прежнему была как »кость в горле» у сторонников пантюркизма. Однако, поскольку сама идея пантюркизма отошла на задний план, на это турецкие власти не обращали внимание, хотя бы до Второй мировой войны. А во время войны,  в Турции появились подпольные пантюркистские организации, такие как »Гювен», »Бозкюрт ».


По сути, важно то, что  чего добились турки после последней войны. Они действительно  добились снижения реальности армянского клина. То есть, Карабах уже перестает быть точкой, которая рассекала тюркский мир на две части. Таким образом Турция добилась значительных успехов в результате поражения Армении. Турции удалось добиться успехов. Правда не всего, чего она хотела, по-видимому, задачи  ставились шире, например, вообще ликвидировать Карабах вместе с населением безусловно: они по другому и не мыслят, потому что сам отказ от признания  Геноцида армян – это, фактически, признание того, что  действовать они  будут привычными методами, через уничтожения. Мало что поменялось  во взглядах турецких пантюркистов, националистов на эту проблему. А то, что пантюркизм находится в едином союзе  с Эрдоганом —  это факт. Партия Националистического движения — неофашистская партия во главе с Девлетом Бахчели.  Эту партию в свое время создал Алпаслан Тюркеш. Я читал его книгу »Dokuz Işık» (9 лучей). Эта книга и есть программа Партии Националистического движения. Так что, та политическая сила, которая ставит такую цель, как создание Турана, на данный момент фактически находится у власти в Турции.

Также, в контексте того, что вы упомянули, существует ли онтологическая опасность для Армении и армянского народа?

В нынешних условиях это опасность имеет насущное значение для существования независимой Армении и армянского народа на этой территории. Пока существует и развивается пантюркистская идея, а она развивается безусловно, пока существуют эти планы, опасность для армян крайне высока. Дело в том, что стратегия, которой руководствуется Эрдоган и турецкая правящая элита не поменялась. А это стратегия, кстати, более многовекторная. Не надо думать, что политика Турции  базируются только на одном пантюркизме, нет, это только часть их политики.  

Кроме  пантюркизма, есть исламизм. То есть,  так называемый современный мягкий ислам. Здесь главная мысль и мечта Турции — стать лидером исламского мира, по крайней мере на Ближнем Востоке. Отсюда поддержка египетских, сирийских исламистов. Но подобная мечта у Эрдогана не сбылась.

Неосманизм: турки свято уверены, что Османская империя была чудесным государством, которую в той, или иной мере можно воссоздать, чтобы Турция была лидером на территории бывшей Османской империи. Арабы, конечно, не разделяют эти убеждения и эйфорию. Для них Османская империя прежде всего угнетатель.

Хотя ключевые российские официальные лица не видят для России угрозу в идеологии пантюркизма, а такие заявления мы слышали, неужели позиция Турции по крымскому вопросу и амбиции турецкого руководства на Северном Кавказе не вызывают озабоченность ?

Безусловно пантюркизм – угроза для России. 56 процентов огромной российской территории – национальные автономные образования. Большая часть из них тюркоязычные народы, которых турки считают своими турками. Но они очень многого не понимали и были уверены, что все говорят по-турецки, но жизнь это не подтвердила. Казаки плохо понимают по-турецки, якуты тоже, я уже не говорю о  тувинцах и т. д. Хотя это тюркские народы, но разница в языках уже достаточно приличная. Не говоря уже о культурном слое. У наших тюркских народов совершенно другие культурные пласты. Тем не менее у них есть свои бесноватые, националисты, они не многочисленны, но они существуют и готовы отдать свою культуру, свой родной язык турецкому брату: их немного, но они существуют. Для  наших тюркских народов больше характерна борьба за собственный язык за собственную культуру, нежели, чем за объединение. Но у татар были подобные идеи, но они скажем так переболели.


И российская власть относиться к этой проблеме лояльно?

Не совсем, в 2006 г. в России были закрыты турецкие лицеи, вопреки протестам Эрдогана. Это он потом после ссоры с Гюленом стал сам требовать, чтобы закрыли эти школы везде. А тогда он был очень возмущен закрытием школ, но мы закрыли их. Потому, что подготовка слушателей ничего общего с российской школьной программой не имела. Там изучали историю Османской империи, турецкий язык, но только не историю России. Философские подходы,  выдуманная история, которые характерны для турок, конечно, категорически не входят ни в какие наши учебные программы или в научную деятельность. Мы это прекрасно осознаем.

 К тому же еще и шла работа по исламизации нашего населения через, так называемых, нурсистов (Нурджулах). Это движение в Турции, которое объединяет до двух миллионов человек (некоторые говорят до 5-и млн.).  Кстати, сам Фетхуллах Гюлен организовывал деятельность этого движения на турецкой территории. Сейчас она распалась на 6 частей, которые находятся в раздорах. Тем не менее, все таки для них современный ислам является определяющим фактором.

То есть, наши правоохранительные органы знают эту проблему, с нею борются, потому что разница между мягким и, так скажем, немягким исламом значительна. Книги того же Саида Нурси были и у террористов, убитых во время военных операций, так же как и книги Гюлена. 

Так что, запрещать  все это довольно трудно. Но у нас все это осознаётся. А вот, что касается депутатов Госдумы и прочих лиц, то после той знаменитой карты, которую опубликовало турецкое частное телевидение TGRT, опасность осознается. Кстати,  не TRT опубликовала данную карту, а TGRT, СМИ ошиблись (Карта с прогнозом расширения сферы влияния Турции, подготовлена  разведывательной организацией Stratfor. В прогнозе компании предполагается, что к 2050 году Турция расширит сферу своего влияния на «Балканы, Северную Африку, Ближний Восток, Закавказье, Среднюю Азию, а также часть России»- ред).

Так что,  борьба с этими крайними идет, потому что далеко не все из них исповедуют мирный путь к достижению своим идеям.

В этом году отмечается 106-я годовщина Геноцида армян. В разных кругах Армении проводились определенные параллели между политикой Османской империи того времени и нынешней политикой Турции и Азербайджана. Вы разделяете это мнение?  

Я считаю такие параллели вполне обоснованными. Если сторона не осудила преступления прошлого, это значит, что она готова их повторить. Да была робкая попытка Эрдогана признать вину предшественников. Это было  в 2014 г., когда он выступил и даже извинялся перед армянским народом, признав зверства, которые были совершены в то время. Однако армянская власть не отреагировала, хотя это было бы важным поводом провести диалог с турецкой властью на эту тему. Но у Сержа Саркисяна были свои интересы. А уже в 2015 г. Эрдоган сделал все, чтобы помешать мероприятиям относительно Геноцида армян. Кстати, резали то они не только армян, но и греков, езидов и ассирийцев. Так, что это была обширная, зверская  программа.

Я считаю, что Армения не должна забывать об этих страшных событиях. Учитывая то, что Турция — не Османская империя, и она вполне могла заявить, что это преступление предыдущей власти, которое не имеет к сегодняшней республике отношения, но они и этого не сделали.

Таким образом ситуация сохраняется, и это крайне прискорбно. Пока Турция не признает преступление прошлого, у нее не будет будущего, на которое мог бы рассчитывать сам турецкий народ.